Лукашенко сейчас больше боится Украину, чем Россию — мнение Фридмана

28/06/2026 - 14:29

Угрозы Зеленского подействовали. Что дальше?

Угрозы Зеленского подействовали. Что дальше? / LookByMedia

— Я думаю, что Лукашенко для себя решил — и, вероятно, уже давно, — что лучше проиграть борьбу за нарратив. Это очень неприятно для него. Неприятно, что сейчас говорят: Лукашенко слабый, Лукашенко выполнил ультиматум, Лукашенко поддался давлению Зеленского. Но, вероятно, лучше пережить такие политические неприятности, чем действительно втянуться в войну, — считает историк Александр Фридман.

По всей видимости, Беларусь отключила ретрансляторы, которые наводили дроны при атаках Украины — Александр Лукашенко выполнил требование Владимира Зеленского. А что дальше? Президент Украины упоминал Мозырский НПЗ, заводы и инфраструктуру. Ждать дальнейших угроз и требований? И ударов?

На эту тему в эфире Еврорадио рассуждает историк Александр Фридман.

— Для Украины это был своего рода тест. Зеленский мог бы 19 июня выйти и сказать: "Вот я требую белорусские НПЗ, требую, чтобы они перестали поставлять свою продукцию в Российскую Федерацию, а если этого не будет — будем наносить по ним удары".

Но он сделал иначе. Они очень хорошо подготовились. Он выходит и говорит о ретрансляторах. Ретрансляторы — это неприятный момент в контексте тех дронов, которые идут через территорию Беларуси против Украины. Но это не самое серьезное, что сейчас происходит на фронте.

Поэтому то, что сделал Зеленский, — это такой небольшой шаг. Мол: вот эти ретрансляторы, их нужно убрать. У вас есть неделя, чтобы это сделать.

И на этом он не остановился. Дальше он упомянул предприятия, которые работают на российскую военную промышленность. Там были и белорусские НПЗ.

Правда, открытых угроз в их сторону не прозвучало. Ну, как сказать — в контексте разговора о ретрансляторах это все равно выглядело как намек. Но прямой угрозы насчет НПЗ, мол, "у вас есть неделя, чтобы перестать работать на Россию", не было, — говорит Фридман.

Решив ограничиться локальной угрозой, какую цель преследовала Украина?

— Возможно, чтобы посмотреть: в каком состоянии находится Лукашенко, как он будет реагировать, как будет реагировать пропаганда.

Это была такая комбинация, в которой Украина фактически мало чем рисковала. Потому что угрозы со стороны Лукашенко для Украины сейчас нельзя назвать серьезными.

Кроме того, Украина понимает, что Лукашенко не хочет воевать, что Лукашенко боится войны. Возможно, сейчас он даже больше боится Украину, чем давления со стороны своего "старшего брата" — Российской Федерации.

Поэтому они разыграли эту ситуацию, посмотрели, как Лукашенко будет реагировать. И что можно сказать? Реакция Лукашенко — это, фактически, приглашение для дальнейших шагов.

Потому что неизвестно, что было бы, если бы Лукашенко, например, 20 июня вышел сам или поручил Наталье Эйсмонт передать такой месседж: "Я могу ответить. Если они действительно что-то сделают с нашей территории, попытаются нанести удары, тогда мы ответим, как всегда говорили. У нас есть центры принятия решений, по которым мы можем нанести удар. У нас есть "Орешник", есть ядерное оружие и так далее".

Если бы Лукашенко пошел в том образе, который он продвигал в 2023–2025 годах, но не в последние недели, кто знает, как бы реагировала Украина? Но этого не произошло.

Мне кажется, Лукашенко все это время стремился разговаривать и с Москвой — чтобы там все же не подставляли его, — и с Киевом. Он даже сам говорил, что разговаривал с украинской делегацией. Правда, подтверждений с украинской стороны не было.

Но месседж, скорее всего, был тот же самый, который, вероятно, передавал министр обороны Виктор Хренин своему украинскому коллеге Алексею Резникову перед началом большой войны: "Мы ничего не хотим. Мы не хотим воевать. С нашей стороны ничего не будет".

Потому что Лукашенко понимает: если война перекинется на Беларусь, последствия будут ужасными. И не для Украины — Украина уже воюет. Последствия будут ужасными именно для Беларуси, — предупреждает историк Александр Фридман.